2007 © Copyright De-Viz
Родился в Энсхеде, Нидерланды, в 1968 году. Изучал промышленный дизайн в Академии в Эйндховене и продолжил обучение, посещая мастер-класс в Королевском колледже искусств в Лондоне. В этом городе он жил и работал до 1995 года, после чего переехал в Бург-Аргентале, Франция. Первая студия Торда Бунтдже была основана в 1996 году. Ныне существующая студия дизайна была основана десятью годами позже.
Торд Бунтдже работает с природными оттенками, богатыми цветами и слоями изображений, чтобы создавать лирические и в высшей степени детализированные объекты.
Каков лучший момент Вашего дня?
Я думаю это первые моменты утра, подъем и ощущение утренней свежести. А потом, наверное, последние моменты ночью, когда всё уже спокойно и можно подумать о том, что происходило, и расслабиться.
Какую музыку Вы сейчас слушаете?
Я часто слушаю «ToGoldfrapp» и Бет Ортон. Обычно я это делаю в машине, много и очень громко! В течение дня, находясь в студии, я не могу долго оставаться на одном месте, а машина – это моё, только моё пространство.
Вы слушаете радио?
Нет.
Какие книги лежат у Вас на ночном столике?
О, их множество! Я люблю читать, я только что прочитал книгу Дэвида Бодэниса «Пылкие умы», она потрясающая. Я хочу найти хорошую биографию Ньютона, их слишком много и они слишком запутанные, но именно это мне бы хотелось сейчас почитать. Ещё одна замечательная книга, которую я прочёл, это «Лунная пыль» Эндрю Смита, обычно он пишет о рок-звездах и тому подобном, но эта книга – о космонавтах «Аполлона-8», которые летали на Луну, из них только 9 всё еще живы, они сейчас очень стары. Это книга о том, как изменились их взгляды на жизнь в результате этого полёта. Это действительно изумительная вещь, она прочищает мозги.
Вы читаете журналы по дизайну и архитектуре?
Нет, не столько, сколько следовало бы. В данный момент я подсел на «Википедию», я не могу от неё оторваться, она мне так нравится, я часами её читаю!
Откуда Вы узнаете новости?
Когда я путешествую – из газет, я покупаю «Гардиан», но обычно из Интернета.
Полагаю, Вы замечаете, как одеты женщины, у Вас есть какие-то предпочтения?
Да, замечаю, но я всегда интересовался модой. Есть ли у меня предпочтения? Нет, не думаю. Если женщины выглядят в стилистике, предлагаемой Александром МакКуином или Вивьен Вествуд, они для меня героини. Но это не значит, что я сужу о людях по тому, как они одеваются. Это было бы ужасно и отдавало бы мужским шовинизмом!
А какого типа одежду Вы бы не стали надевать?
Не знаю.
У Вас есть какие-нибудь домашние животные?
Нет, не совсем, но скоро у нас будет собака, а весной мы заведем цыплят, так что мне нужно построить курятник с отоплением, чтобы они не слишком мёрзли. Моя жена очень хочет козу, но я не уверен… А моя дочь мечтает о лошади, и здесь я тоже не уверен, мне кажется, что сначала надо научиться ухаживать за одним животным. Это слишком большая ответственность. …Но цыплята, собака и, быть может, кошка – это будет хорошо. И пауки, нет, серьёзно, мы просто обожаем наших пауков, как в студии, так и дома, у нас потрясающе большие, огромные пауки. Как изумительно то, как они быстро кого-нибудь ловят, а потом едят. У них необыкновенно жизненные ритуалы. Я люблю моих пауков!
Вы хотели быть дизайнером в детстве?
Когда я был маленьким, я хотел быть лесником, это была моя заветная мечта – находиться в лесу целый день напролёт, присматривать за всеми животными. Потом какое-то время я очень интересовался космосом, физикой и наукой вообще. Мне было уже около 15, когда я понял, что хочу поступить в школу искусств.
Где Вы работаете над своими проектами?
И в студии, и дома. Иногда я встаю очень рано, не знаю почему, около 5 утра, принимаю ванну, делаю себе кофе и просто думаю, в это время так спокойно! Я часто решаю «надо сделать эту работу сегодня», но устаю и предпочитаю почитать книгу или посмотреть фильм. Я уже не люблю работать по ночам, и мне очень трудно работать во время поездок, не знаю, обязательно либо будет идти хороший фильм, либо ещё что-нибудь в этом роде… Я слишком легко отвлекаюсь.
Вы обсуждаете свою работу с другими дизайнерами?
Нет, но я многое обсуждаю с женой, она скульптор. Когда создаётся что-то новое, оно очень хрупко, пока появляются только первые наброски. И нужно показать их кому-то, чьему мнению ты действительно доверяешь.
Я счастливчик, потому что в некоторых компаниях, с которыми я работал, – таких как «Патрисия Морозо», «Квадрат» или «Артехника» – работают исключительно творческие люди.
Пожалуйста, опишите Ваш стиль, как это бы сделал Ваш друг.
Многослойность. Слои сменяют друг друга, иногда они выглядят очень мило и вдохновляюще, иногда – скорее сумрачно и пугающе, как страшная сказка или фильм Альфреда Хичкока! Иногда всё построено на растительных образах, иногда – образы гораздо более холодные, приглушённые и абстрактные.
Вы могли бы описать эволюцию своей работы от первых проектов до тех, что Вы создаёте сейчас?
В данный момент создаётся книга, она должна выйти в апреле 2007 года, где хронологически отражено всё, что мы сделали. Мы по-новому оцениваем то, с чего начинали – как бы небрежно сделанные стулья из прутьев, сшитые воедино лентами тесьмы одеяла, что-то в духе «сделай сам»…
Для меня имеют значение красивые и элегантные вещи. Работа над дизайном мебели – это момент перехода. С тех пор, как мы только начали что-то создавать, до наших дней, когда дело уже дошло до создания коллекций продукции, рассчитанной на широкого потребителя, это дизайн, который предположительно должен стать основой массового производства. Даже придумывая «цветочные» лампы для частных интерьеров, я помню, что их можно продавать в 40 магазинах (а целевая аудитория охватывает 1500 магазинов).
Мы уже выпустили 5 роликов, первый из которых – это тридцатисекундный ролик обо мне и работе с целевой аудиторией, и его крутят по всей Америке! Не так много дизайнеров имеют рекламный фильм, известный во всей стране, который они сделали сами и отсняли в Голливуде! Это очень круто. Так что я думаю, мой путь, начинающийся с вырезания пустых бутылок и заканчивающийся мегаизвестностью – это значительное изменение!
Какой проект принёс Вам наибольшее удовлетворение?
Разные проекты в силу разных причин. Я думаю, это единственный честный ответ. Например, так называемое «трансформированное стекло», которое мы производим в Гватемале, требует работы 12 человек. Мы открыли там наш собственный магазинчик, где продаём его. Мы создали целую систему по сбору пустых бутылок из местных гостиниц и ресторанов и научили стекольному делу нескольких молодых людей, и теперь у них есть работа, они могут позволить себе лучше жить, их дети смогут пойти в школу… Это значительный прорыв, и в течение следующих 2 лет мы собираемся увеличить число работников до 23 человек. Создание действительно хорошего продукта этичным, гуманным путем – это то, чем я и впрямь горжусь.
И ещё я думаю, что мне удалось создать несколько вещей, с которыми у людей – молодых и старых, мужчин и женщин – возникает эмоциональный контакт.
Для кого Вы бы хотели создать проект?
Ролик для «Goldfrapp»! Или для Мадонны! Я хочу сделать свой ролик! Или проект гостиницы. Да, и ещё есть книга Льюиса Гибсона «Neural Mensa» и сказки братьев Гримм. Я очень многое извлёк из этих книг, и было бы здорово отобразить их в какой-нибудь новой форме.
Есть ли какой-нибудь дизайнер или архитектор прошлого, которым Вы восхищаетесь?
Их очень много, пожалуй, мёртвых больше, чем живых! Меня всегда очень интересовал викторианский период и то, что происходило в это время. Экспериментальное использование материалов, скажем, Вильямом Моррисом, и все направления, связанные с искусством и ремёслами. В данный момент я также часто обращаюсь к Гауди.
А из тех, кто работает сейчас?
Мне нравится Рон Эрад.
У Вас есть какой-нибудь совет для молодёжи?
Нет, не думаю. Не слушайте никого! Я не так уж убеждён в пользе лекций и прочей информации о проектировании. Даже когда я преподавал, я не столько рассказывал людям, что делать, сколько старался помочь им понять, что же они такое делают.
Чего Вы боитесь, что может угрожать в будущем?
Войны, изменения климата, перенаселения, природных катаклизмов, моего соседа!
Многих и многих вещей. Проблемы окружающей среды и социума, вопросы глобализации – всё это сейчас очень актуально, и важно приложить все усилия, чтобы найти пути их решения. Но я в любом случае оптимист по характеру, я, вероятно, буду улыбаться, даже когда мы все провалимся в тартарары!
|
